Водитель все прибавлял скорость. Пожалуй, так он и за полтора часа домчит до Укрополя. Теплый воздух из кондиционера отдавал малиной – не море, но тоже приятно. Маша расстегнула плащ и задремала, покачиваясь в мягком кожаном нутре «Линкольна». Миллионерская машина. Тоже, наверное, оперативная, чтобы фэ-эсбэшники, прикинувшись крутыми, могли попасть на какую-нибудь встречу уголовных авторитетов.

Разбудил ее скрежет. Железом – по лаку, по блестящей, как облизанная карамелька, дверце. Маша открыла глаза и отшатнулась. В сантиметрах от ее лица за стеклом угрожающе навис бампер огромного грузовика. Он отжимал «Линкольн» на обочину, не то заставляя остановиться, не то сбрасывая с дороги. Это было слишком опасно, чтобы сойти за рядовое хамство.

– Держись! – закричал водитель и ударил по тормозам, пытаясь пропустить грузовик.

Маневр почти удался. Впереди, занимая все ветровое стекло, всплыл высокий серебристый борт – тягач с рефрижератором, лимоны везет или мандарины, сейчас для них сезон. «Линкольн» уже сворачивал влево, чтобы вырваться на свободную полосу, но тут водитель тягача тоже затормозил. Серебристый борт надвинулся, как гора. «Линкольн» несло под него, и Машиному водителю опять пришлось взять вправо.

Бок о бок машины выскочили на пригорок, и стало видно, что впереди у обочины стоит асфальтовый каток. Машин водитель снова попробовал отстать, но тип за рулем тягача был наготове. Он притормозил, вильнув прицепом, и многотонная махина заскрежетала по лакированному боку «Линкольна». Предупреждение было недвусмысленное: «Даже не пытайся оторваться, а то сразу смахну тебя в кювет!»

Вот так, значит. Останавливаться нельзя, а что в таком случае можно? Или на ста километрах в час сбить пяток придорожных столбиков и кувыркнуться с крутого откоса, или на той же скорости вмазаться в каток… Да это же убийство!

Охотились определенно не за Машей, а за «Линкольном» ФСБ, наверное, думая, что в нем едет важный офицер.